Трагично ушедший из жизни Пьер Паоло Пазолини, поэт, сценарист и кинорежиссер, противоречивый, но, безусловно, своеобразный и талантливейший мастер итальянского кино, поставив первую серию своего нашумевшего "Декамерона", отказался от второй, ибо понял, что не всегда можно воплотить на экране написанное в книге, даже если ее автор — гениальный Боккаччо. Но нашлись молодые и неталантливые, которые продлили кинематографическую жизнь "Декамерона", захлебнувшись в патологической мерзости и сексуальном свинстве, назвав "Декамероном" то, что не имело ничего общего ни с Боккаччо, ни с Пазолини — истинным художником, коснувшимся щекотливой темы, одинаково актуальной и в средневековье, и в наши дни.

Но те, молодые, меньше всего думали об искусстве и еще меньше о моральной ответственности перед обществом, так же как и актеры, бесстыдно продавшие на потребу похотливому вкусу не только свои тела, но и души. Кстати, сколько их развелось за последнее время, этих молодых, пронырливых кинодельцов, готовых испечь любое полнометражное порнографическое похабство с такой же скоростью, с какой готовят традиционную пиццу в каждой итальянской харчевне!

Когда-то всех потряс нежданно-негаданно явившийся итальянский неореализм. Это был действительно мощный всплеск политического и социального направления в кино. Все, что накопилось яркого, трагического, протестующего, — все нашло свое отражение в лучших фильмах Росселини, Висконти, Де Сика, Лидзани, Феллини и других. Сопротивление и безработица, детская безнадзорность и борьба с мафией, "сладкая" жизнь богатеев и горький хлеб бедняков. Но к 50-м годам с неореализмом было покончено. Нет, он не умер, его задушили. Цензура, кинобизнесмены, политики... А потом опять взлет, уже в начале 60-х годов. В чем дело? В изменении ситуации. Подъем рабочего, демократического и антифашистского движения. Оно настоятельно требовало своего зеркала. Поэтому появились "Генерал Делла Ровере", "Чочара", "Все по домам" и "Четыре дня Неаполя".

Витторио Де Сика, блистательный актер и великолепный режиссер кинематографа, умер в долгах, хотя мог бы безбедно существовать на проценты с капиталов, полученных за прошлые роли и фильмы. Но он терпеть не мог в жизни двух, как он сам утверждал, вещей: затянутого тучами неба и людской скуки. Когда появлялась его молодцеватая фигура — шляпа неизменно сдвинута на ухо, — все невольно начинали улыбаться. Де Сика заражал своим брызжущим через край весельем самых мрачных пессимистов. Он был безгранично щедрым человеком и так же безгранично любил людей. Он стоял у колыбели итальянского неореализма, заставлял плакать, смеяться, негодовать миллионы зрителей, уводил их за границы экрана — в самую гущу жизни, будоражил души, звал к борьбе. "Похитители велосипедов", "Умберто Д.", "Чудо в Милане", "Крыша", "Хлеб, любовь и фантазия", "Чочара", "Подсолнухи" и еще... еще много других. Среди лент Витторио Де Сика были и черно-белые и цветные, и обычные и широкоформатные. Но люди всегда будут помнить этого большого итальянского мастера, его творчество, не подкрашенное и не приукрашенное, правдивое и жестокое, остросоциальное и гуманное, которое было всегда проникнуто протестом против лжи и несправедливости, против фашизма и войны.

 

 

joomla компоненты

/